Почему нельзя слепо доверять левым политикам

Один мой друг рассказал мне, как он краем уха слушал радио, пока диктор сообщал о декрете правительства. Он не вникал в суть дела, но возражения левых показались ему убедительными. И неожиданно он задал себе вопрос: «Почему я не отношусь к ним серьезно, даже в виде гипотезы? Разве я фанатик?»

Проблема не является незначительной для тех, кому важна собственная интеллектуальная честность. Подчиненность – это почти синоним пристрастности, и каждый из нас видит мир со своего бока. Максимум, что мы можем сделать, – это заставить себя тщательно изучить данные, которые противоречат нашим представлениям и нашим суждениям. Но мы можем быть спокойны насчет недоверия по отношению к левым.

Для них характерна историческая традиция вранья, двойных стандартов, ненадежности, дезинформации в течение многих десятилетий, а список битв, которые они вели в траншеях, расположенных на ошибочной стороне, печально длинен: план Маршалла, НАТО, Европейский Союз, индексация заработной платы в зависимости от инфляции, ракеты в Комизо, список можно продолжать еще долго. Десятилетиями человек со здравым смыслом мог прекрасно ориентироваться в политической жизни, просто отдавая себе отчет, что все, что писала газета “Unità” было ошибочно. Говорят, что левые сегодня уже не те, что были при Тольятти, и это правда. Россия стала демократической страной, и многие старые мифы развенчаны историей. Но и по сей день люди со здравым смыслом все равно не доверяют коммунистам и бывшим коммунистам. Так что же, они фанатики?

Правда заключается в том, что не доверяют только “плохим”. Левый политик характеризуется большой тягой к добру. Он хочет равенства для всех, чтобы никто не оставался в стороне, чтобы всех лечили в случае болезни как миллиардеров. Безработным должна оказываться помощь, а в мире должны царить справедливость и счастье. Кто же станет возражать против такой программы. К сожалению, даже честные и умные “коммунисты” настолько искренни в своей задаче ее реализации, что они теряют связь с реальностью. Они идеалисты с горячими сердцами и оптимистической волей, штурмующие препятствия. Когда их предупреждают, что их проект противоречит нормальной человеческой природе, они отвечают, что ее нужно изменить. Действительно, китайские лагеря назывались “местами перевоспитания”. Просвещающий пример. В Италии считались “богачами” те, у кого было жилье, которое они сдавали, а “бедными” те, у кого не было крыши над головой. Считался скандальным тот факт, что владельцы квартир использовали их в качестве источника дохода (слово отвратительное), пытаясь получить с жильцов как можно более высокую квартирную плату. Таким образом, они безжалостно урезали трудовые доходы “бедняков”. Следовательно, государство должно было положить конец этому безобразию, оно должно был установить справедливую квартплату. Так появился закон 1978 года. Тот, кто не принадлежал к левым, схватился за голову. Единственная справедливая квартлата – это та, которая вытекает из соотношения спроса и предложения. Нельзя установить сверху стоимость жилья: две квартиры с одинаковыми формальными характеристиками могут стоить по–разному в зависимости от того, выходят ли окна на шумный рынок или в ухоженный сад виллы, находится ли эта квартира в Сиене или в центре Латины. А потом, почему собственно по этому закону ежегодная квартплата повышается только на 75% от коэффициента инфляции, а не на все 100% даже и в те годы, когда коэффициент инфляции составлял от 10 до 20%? Почему отказать в дальнейшем контракте на съем жилья так трудно? По существу оно конфискуется в пользу квартиросъемщика. Выселение жильца, зачастую даже когда он не платит, становится химерой, даются дополнительные сроки проживания, и процедура длится без конца. Кончилось тем, что, кто в перспективе ожидал возникновения семьи у своих детей, не сдавал свободные квартиры годами, чтобы иметь возможность располагать ими в любой момент. Оказалось, что те, кто откладывал деньги на покупку второго жилья, должен был подарить его тем, кто не заботился о будущем и тратил все деньги. С еще большим презрением смотрели на тех, кто унаследовал жилье, забывая о том, что оно плод труда родителей.

Но наиболее убедительная критика людей со здравым смыслом касалась другого аспекта вопроса: этот закон шел вразрез с законами экономики и в конце концов должен был уничтожить рынок жилья, что и произошло. С одной стороны, образовался черный рынок (с более высокой квартплатой по сравнению с той, которая бы возникла при свободном режиме), с другой стороны, те, кто имел жилье на сдачу, либо держали его пустующим, либо продавали. Действительно, сегодня 80% итальянцев живет в собственных квартирах. Правило такое: кто хочет крышу над головой, должен либо купить ее, либо жить в гостинице. Вот вам результат идеализма левых. Левые политики опасны, даже когда они честны и умны, именно потому что они идеалисты, потому что с наилучшими намерениями они могут привести к большим несчастьям. Им нельзя доверять, даже когда они говорят вещи, которые на первый взгляд кажутся обоснованными.